3000 за лестницу, 2000 за кровать и 65 за подсвечник. Кузнец зарабатывает огнем и молотом

Отторчь документы изо престижного столичного вуза, выучиться на сварщика и вернуться в отеческий агрогородок, чтобы ковать железо в маленькой самодельной кузне – держи как только не готовы люди, желающие оставаться верными зову сердца. Константину Петровскому 27, и с половину с них он занимается кузнечным делом, однажды ставшим смыслом его жизни. К нему и отправилась «У открытий» – проект, который ты да я создаем гурьбой с velcom, рассказывает о людях, занимающихся любимым делом в белорусской глубинке.  Молодой кузнец из Ракова рассказал, как заработать получай жизнь «огнем и молотом».

«Пожарные претензий хоть ты что хочешь не имеют»

Константин встречает нас умереть и не встать дворе у разожженного горна: в планах – совокупиться журналистам жалкий мастер-класс. Пока угли разгораются, кузнец показывает свою мастерскую. Вполне кованая красота рождается в небольшой пристройке к сараю вот дворе маминого на хазе: на частном участке печной «цех» устроить не в пример уймись, чем у подъезда многоэтажки, в которой живет Костя с женой. Стены в виде плетня и выступ – сразу и не подумаешь, что это кузня. Зато огнеприпасы кузнечных инструментов впечатляет: несколько молотков – с кувалды после миниатюрных, зубило, так называемый рожочек – приспособление, чтобы чинить предметы в форме кольца, полукруглая штучка для ковки рыцарских шлемов. Особенная высокомыслие Константина – старинная наковаленка:

— Австрийская, XIX века. Еле выторговал ее у мужика для 780 рублей. Правда, в комплекте с ней шли дерево с тисками. Сие специальное железо, которое "цементировалось", воеже поверхность была твердой. Думаю, ради ее пора на ней поработал не один кузнец, между тем смотрите: почти не прохудилась.

Сейчас Константину 27 полет, его своим горбом нажитый стаж начался с 14. Работал возьми комбинате силикатных изделий, в лесничестве.

— Нас у мамы четверо, нужно было ей споспешествовать. В этом а возрасте и кузнечным делом стал заниматься. Никто приставки безвыгодный- учил, до всего доходил сам методом проб и ошибок. А началось крышка с очень прогрессивного учителя истории, который пришел к нам в пятом другими словами шестом классе. Некто был большим романтиком, открыл «аристократический» братство — военно-исторической реконструкции. Я тоже загорелся рыцарством, до 23 лет участвовал в турнирах. Потом  настучали в голову — пару в кои вежды зашивали в больнице и я от этого отошел, — рассказывает Постоянный.

По прошествии школы молодой человек решил наниматься на истфак, но быстрыми шагами понял, будто учительство – «занятие не для дядьки».

— Забрал документы и поступил в ремеслуха получи сварщика. И только ради того, чтобы научиться сваривать рыцарские шлемы! В дальнейшем пошел в педколледж, на деятельность «оборудование и технология сварочного производства». Стал техником-технологом, мастером производственного обучения и получите и распишитесь два года отправился в слуцкий сельскохозяйственный лицей держи отработку. Одновременно с этим работал и в кузне. В лицее открыл братство военно-исторической реконструкции, с детьми занимались ковкой. С этим увлечением два года быстро пролетели. С детьми привлекательно, с ними и самопроизвольно развиваешься, но все же сие не мое. Да и белый хлеб кузнеца и кулич учителя – абсолютно разные вещи, — рассказывает малолетний человек.

Сейчас он официально работает в Центре народного творчества Ракова, впредь до некоторой степени раз в неделю занимается с детьми с танцевального ансамбля, которым руководит его матуха. Ее самое Костя танцует уже 15 лет. К слову, прочие конечности семейства тоже очень творческие: 25-неотапливаемый Стас поет в вокальном коллективе, 19-раннелетний Доминик играет сверху дуде, а 17-летняя Сабина — на скрипке.

Когда-никогда-нибудь древесный уголь в горне хорошо разгорается, Костя подсыпает каменного – нужную температуру угоду кому) ковки может свистнуть только он. Уголь поначалу сильно дымит.

— Приезжала влияние, пожарные, но претензий ко мне нет. Исключительно попросили яму вышарить для отработанного угля.

Лицо для мамы и кровать для жены

Жар в горне – порядка 1200 градусов, пора начинать мастер-сорт. Костя снимает куртку и остается возьми морозе в легком свитере – неотлагательно будет вспыльчиво. Берет щипцами стальную пластину и кладет ее получай и распишись угли. За пару минут она раскаляется после красноты. Ноне с металлом можно делать все, что же угодно: он как пластилин. Концепция – «хватить лишку» полоску металла по краям, словно рукопись, и нанести на нее белорусский орнамент.

— Для разных изделий нужна сталь с разным содержанием углерода. Чем оно выше, тем тверже металл и тем внизу температура плавления. За примером далеко ходить маловыгодный нужно, для сварных конструкций или емкостей около жидкость имеет лейтмотив брать нержавейку, для художественных изделий высокоуглеродистая сталь малограмотный подойдет. А ради топора – в самый раз. Хлеб индустрии с высоким содержанием углерода имеет важное значение невыгодный пережечь. 1200 градусов – уже критичная жар, комментирует Коташа, расплющивая железо молотком.

Несколько подходов к горну и вспять к наковальне – и смотри уже края красиво закруглены, а возьми пластине высечены узоры «дедан» и «женщина», символизирующие мужское и женское начало. И всенепременно задолбить отверстие, чтобы белорусский «инь-янь» позволяется было въехать. Последний штрих – смазать еще горячее регенерат воском для защиты от ржавчины.

Впрочем, чтобы Константина, какой-никакой делает авторские вещи и нате продажу, и на различные конкурсы, отечественный «какэмоно» — просто баловство. «Серьезные» работы неважный (=маловажный) возбраняется увидеть прямо с дороги. Костя обращает наше атас на кованую вывеску с адресом «Бестужева, 22а»:

— Это первое, что я сделал в подарок маме, а то симпатия все шутила, почему я как сапожник без опорка – все только другим. Самые дорогие работы – последним и не встать всех смыслах — у нас с женой в квартире. Супружница, тогда еще будущая, попросила в сувенир на свадьбу траходром. Две недели спину гнул, но ес. А в придачу к ней – кованный торшер и карниз для штор.

Кованая одр «потянет» 2000 рублей, светильник — 1200, карниз – 800-1000. Бардовский подсвечник в виде розы держи деревянной подставке стоит 65-70 рублей. Без дальних разговоров у Бренные останки в работе бесплатный проект – каминный набор в приношение другу держи день рождения: кочерга, клещи, лопатка, щетка, все это нате красивой поставке изо обожженного дерева, плавно переходящей в дровницу. Если один бы такой набор шел на продажу, его плата составила бы рублей 600.

Хлеб индустрии для своих изделий Константинка покупает на специальных металлобазах:

— Нынешний металл безлюдный (=малолюдный) такой хороший, как был раньше в СССР, пускай бы работать с ним можно. Сталь У8, к примеру, приобретаю бери заводе.

Нежели так притягателен металл для Константина?

— Хреновато сказать. Наверно, своей способностью к трансформациям. И ореолом тайны, которая окутывала кузнецов в прошлом. Люд раньше не знали ни физики, ни математики. Молотобоец им казался мистиком: равно как это некто так умеет раскалить железо докрасна?

Лучше неприметно-напросто платят в Дроздах

О «рукастости» Останки знает вся округа. Иногда, обращаются владельцы лошадей: тырли-мырли, подправь лемех, а то нигде никак не встретить. Постоянно зовут на подмогу в Минск.

— Недавно смотри делали одному заказчику изо Дроздов 26-метровую лестницу. Безвыгодный здесь, конечно, а на современном оборудовании, с пневматическим молотом. Луч спустя руками махать не надо, на педальку нажал — и по сию пору, — рассказывает Костя. – Нате такие крупные фабрикаты, как лестница, уходит по месяцу, а и заработать разрешено неплохо: 3000 — 3200 рублей. Для нашей страны хорошая шабашка. С другой стороны, большие работы делаешь долго и гадостно, а на мелких, иногда, больше зарабатываешь. Штук 25 подсвечников и 20 роз ладком 70 рублей сделал – и порядок. К тому но мелкие интереснее: позже ведь каждый раз всякая всячина, ничего не повторяется.

На «больших» работах допускается нарваться на странных клиентов. К примеру, один с заказчиков, которому Костя делал перекладина, страстно хотел осуществлять контроль каждый этап работы. Ездить в Раков отдельный число не мог, поэтому постоянно просил мастера стряхивать фотографии – следил онлайн следовать выполнением работы.

— Никак не знаю, сколько в конечном итоге снимков я ему «залил» с телефона. Можно куда хоть «велкомовский» 3G-интернет на) этом месте хорошо «бегает», он же бы замучился с ноутбука исполнять, — говорит Костя.

О мастерстве Константина узнают чисто по сарафанному радио, на различных выставках и конкурсах. В дополнение того, фотомордочка его изделий выставляет отдел культуры Воложинского райисполкома, а компилятор получает плата от продаж.

На вопрос, кормит ли такое слабость, Константинка без тени сомнения отвечает утвердительно. Паче того, любимое суд стало смыслом жизни. Только почему же не основной работой?

— В сих условиях масштабные работы я выкинуть не смогу. Это будет неделями и нерентабельно: держи 15-метровую лестницу уйдет не меньше возраст. Чтобы кузнечное дело стало основным занятием, нужно начинать ЧУП тож ИП, купить современное оборудование. Настоящее) время не созрел, надо квалификация наработать, — объясняет спирт.

Впрочем, Костя слегка лукавит: едва ли ли человеку с недостатком опыта доверили бы восстанавливать Водан изо крестов на Раковском костеле. К тому а, уже не раз в год по обещанию спирт успешно участвовал в конкурсах профессионального мастерства. В конкурсе Федерации профсоюзов Беларуси «Новые имена» Кося прошел областной и областной этапы и добрался до республиканского, но в эпилог, к сожалению, не попал. Но все еще впереди.

Соперник проекта:

Чертеж «Страна открытий» реализуется разом с velcom, который целиком и полностью расширил 3G-сеть. Не раздумывая его 3G-связь доступна на 94% территории Беларуси, на которой проживает 99% населения. Качественная связь с velcom пришла хоть в самые глухие уголки страны.

Уплотнитель подготовлен при поддержке velcom.

Гнездо

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*